Фото автора и Светланы Нагорной
Накануне 76-годовщины Победы в Великой Отечественной войне ОАО "Стройтрест № 3 Ордена Октябрьской революции" и профсоюзная организация треста в лице заместителя генерального директора по идеологической работе и общим вопросам Ольга Ганчар, председатель профсоюза стройтреста № 3 Юрий Горячко, председатель совета женщит треста и цехкома СУ-123 Ирина Ширяй навестили ветеранов войны, чей трудовой путь был связан с нашим предприятием. Накануне 9 мая 2021 года на ветеранском учете стройтреста № 3 состоит всего четверо человек.
Мария Павловна Ратнер
Марии Павловне Ратнер 31 июля 2021 года исполнится 98 лет. Сегодня в коллективе стройтреста № 3 она единственная из ветеранов Великой Отечественной войны, кто принимал непосредственное участие в боевых действия, в самый разгар войны.
Юной уральской девушкой, которой едва исполнилось 18 лет, она, 15 апреля 1942 года, отправилась защитить небо Москвы от бомбёжек. Прошла обучение в специальной школе прожектористок, пулемётчиц, связисток. Затем её направили в 20-ый зенитно-пулемётный полк Ордена Ленина Московского округа ПВО, защищавший западную, юго-западную и северо-западную окраины столицы.
Главной задачей этих воинских формирований, а также зенитно-артиллеристских полков, прожекторных рот, отрядов заграждения и аэростатов было усиление Московского фронта ПВО. В течение долгих трёх лет она с боевыми подругами прикрывала столицу с неба, принимала на себя сотни ударов фашистской авиации.
Мария Павловна Ратнер награждена орденом Великой Отечественной войны, медалями «Георгий Жуков», «За победу над Германией», «Ветеран противовоздушной обороны», многочисленными юбилейными медалями. Воинский знак «Отличный связист» за оперативные донесения о налётах немецких самолётов на Москву по-особому дорог ветеранке.
Антонина Степановна Репник
- Как началась война, отец сразу ушёл на фронт, - вспоминает Антонина Степановна. - Вскоре после этого (мне ещё и трёх лет не было) в 1942 году от тифа умирает мама. Мы остались сиротами. Когда в нашу деревню вошли немцы, всех людей выгоняли из домов и отправляли, как тогда говорили, «на шлях». Гнали нас в деревню Красное поле (теперь её нет, она была сожжена). Там нас под присмотром автоматчиков, под лай овчарок стали загонять в железнодорожные вагоны. В вагоне, куда попала и я, был со своей семьёй двоюродный дядя моего отца Григорий Иванович Аскерко. Так в три года с семьёй родственников своего отца я попала в Германию. Как выяснилось потом, ехали мы туда через Житковичи, Белосток, Варшаву с конечной остановкой в одном из городов Саксонии (ближайшие населённые пункты - Аннаберг и Бухгольц). Семья дяди моего отца работала на железной дороге, жили мы в бараке. Труд этой семье доставался самый тяжкий. О нормальных бытовых условиях и говорить не приходится: барак был ограждён колючей проволокой, с надзирателями, спали мы на нарах. Рядом с бараком была помойная яма, куда немцы сливали отходы. Вот в этой яме мы, малые дети, и ковырялись время от времени, чтобы вовсе не умереть с голоду… Отец с боями дошёл до Берлина, но получил ранение и ещё шесть месяцев после победы лечился в госпитале. Дом наш сожгли, отец вернулся в Конковичи на пепелище и начал нас всех собирать: брат был в приюте, сестра - у тётки, я - в больнице.
В 1963 году семья Антонины Степановны переезжает в Солигорск. Антонина Степановна в разные годы трудилась и няней детсада № 6 стройтреста № 3, что располагался когда-то в районе вокзала, и машинистом конвейера РУ-2, и заведующим хозяйством городского Дворца культуры, и комендантом общежития, и на производстве ДСК пригодились её знания и опыт. В системе стройтреста № 3 Антонина Степановна тоже трудилась немало: была мастером по загрузке-выгрузке вагонов, кладовщиком, контролёром на КПП УПТК.
Как малолетняя узница награждена юбилейными медалями в знак победы в Великой Отечественной войне.
Михаил Семёнович Полуян
При помощи эпидемии сыпного тифа фашисты планировали задержать освободительное наступление нашей армии и создали 3 лагеря - на болотах возле деревень Дерть, Озаричи и Подосинки, так называемый эпидемический котел. По бесчеловечности применения бактериологического оружия против мирного населения его нельзя сравнить даже с известными всему миру Освенцимом или Майданеком, где люди, обреченные на смерть, имели хотя бы крышу над головой, получали хоть какой-то паек. Общее число жертв концлагеря - более 70 тысяч человек. Из каждых четверых узников в Озаричском котле в живых оставался только один. В годы войны эти места называли «Санаторий Адольфа Гитлера». Одним из его узников был Михаил Семёнович Полуян.
- Моих старших братьев - Федора, Владимира, Алексея и сестру Катю вместе с односельчанами гитлеровцы погрузили на машины и увезли в неизвестном направлении, - рассказывает М.С.Полуян, - остальных пешим строем погнали за 25 километров в сторону деревни Дерть. Там был лагерь смерти. Наша семья устроилась на большой болотной купине. Каждое утро в лагере начиналось одинаково - стоял крик, вой и плач по тем, кто умер за ночь... Иногда над лагерем появлялись самолеты, которые выпускали какую-то желтую пылевую струю... А немцы наблюдали, как сыпной тиф косил голодных замерзших людей… Иногда фашисты устраивали себе развлечение. Был такой специальный хлеб - эрзац. Делали его специально для заключенных из пищевых отходов, мякины... Немцы кидали куски этого хлеба в толпу, и люди, обезумевшие от голода, давили и затаптывали друг друга… Однажды утром случилось чудо... «Немцы ушли!», - закричал один из узников и бросился к воротам... И тут же раздался взрыв - ворота были заминированы... Но людей уже было не удержать. Продираясь сквозь колючую проволоку, они стремились к одной цели - землянке, в которой немцы хранили продукты. Целая толпа кинулась к заветной пище, но... была отброшена волной взрыва, так как склад был заминирован… Вскоре нас освободили бойцы Советской Армии.
Михаил Семёнович Полуян 15 лет являлся руководителем Народного хора «Ветеран» Дома культуры «Строитель», а в системе стройтреста № 3 работал 36 лет. Хор, в котором немало бывших тружеников треста, - неоднократный участник и призёр городских и районных мероприятий. Звание «народный» получил в 2004 году и подтверждал его через каждые два года. В репертуаре коллектива было более 200 песен: белорусских и русских народных, военно-патриотических, а также современных авторов.
Николай Захарович Ашейчик
Для Николая Захаровича Ашейчика понятие «малая родина» накрепко связано с небольшим пятачком земли в излучине реки Волма, впадающей в реку Свислочь. Именно там, в Пуховичском районе Минской области он и родился в небольшой деревеньке Уголец.
…Уголец, уголёк… Только раскалённые угли оставили фашисты от этой белорусской деревни в 1942 году, когда Николаю Ашейчику было 2 года. Его детство было опалено огнём пожарищ, насквозь выстужено холодом землянки, заменившей семье дом, наполнено чувствами голода и тоски по ушедшему на фронт отцу…
Именно отец, чудом уцелевший в мясорубке войны, сыграл определяющую роль в формировании будущего пристрастия Николая Захаровича к строительству. Его самые яркие детские впечатления - запах свежей древесной стружки в новом доме, тепло жарко натопленной печки, сложенной руками отца… Мастеровитость Захара Васильевича Ашейчика, его народная смекалка и умение всё сделать своими руками - всё это ярко проявилось и в его сыне, как будто переданное на генном уровне.
Жизнь и профессиональную деятельность Н.З. Ашейчик посвятил коллективу стройтреста № 3. Его трудовой путь в стройтресте № 3 начался в 1961 году. В должности управляющего трестом, а затем генерального директора он работал с августа 1978 по декабрь 2014 года. В этот период ему было присвоено звание Заслуженный строитель БССР, он стал Ковалером двух Орденов Трудового Красного знамени, награждён Орденом Почета, Орденами Отечества II и III степени, является Лауреатом Премии Совета Министров СССР и почетным гражданином Минской области и Солигорска. Последние два года Николай Захарович возглавляет Наблюдательный совет стройтреста № 3, а к своему 80-летию, которое он отметил 15 сентября 2020 года, издал книгу мемуаров, которую посвятил 60-летней истории треста и строителям, - "История и люди величайших свершений".
